» » » Рудный выбор: на что делает ставку Константин Жеваго
11:23 Среда 0 1 755
11:23, Среда, 24 сентября 2014
Бизнес 1 755 0

Рудный выбор: на что делает ставку Константин Жеваго

Фото Игоря Тишенко, forbes.uaФото Игоря Тишенко, forbes.uaПанорама карьера завораживает: семь километров с севера на юг и два – с запада на восток. С высоты смотровой площадки экскаваторы и самосвалы, работающие на его склонах, кажутся насекомыми. Но вблизи машины оказываются величиной с двухэтажный дом, только одно колесо – в два человеческих роста. Стоимость одной покрышки – более $40000, а самого 220-тонного самосвала – $3,5 млн. Чтобы доставить по частям до карьера одну такую махину, прибывшую из Японии через одесский порт «Южный», нужно 18 фур.
Карьер принадлежит Полтавскому горно-обогатительному комбинату (ПГОК), расположенному в Комсомольске Полтавской области и эксплуатирующему два из 10 месторождений Кременчугской магнитной аномалии. И ГОКом, и лицензиями ещё на 8 месторождений владеет основатель группы «Финансы и Кредит» Константин Жеваго. Предприятие в Комсомольске – главный актив швейцарской компании Ferrexpo, которая, в свою очередь, составляет основу сырьевого направления бизнеса миллиардера, пишет Forbes.

Здесь добывают железорудное сырьё, но зарабатывает компания на продаже продукции более высокого передела – железорудных окатышей. Ferrexpo – один из крупнейших их производителей в Украине и первый по величине поставщик в Европу.

Последние годы оборот Ferrexpo составляет $1,5–1,7 млрд. Со времени создания компании в 2001 году она ни разу не работала в убыток. На пике стоимости акций в июле 2008-го капитализация превышала $5 млрд, сейчас – $1,34 млрд.

У компании Жеваго несколько заметных отличий от сырьевых и сталелитейных холдингов других украинских миллиардеров. Только Ferrexpo из всех украинских игроков горно-металлургического комплекса (ГМК) разместила акции на Лондонской фондовой бирже. Предприятие не экспортирует железорудное сырьё (ЖРС) в чистом виде подобно «Метинвесту» Рината Ахметова и Вадима Новинского, а идёт дальше по технологической цепочке. В то же время собственник Ferrexpo подчёркивает, что намерен развивать компанию исключительно как сырьевую.

Может показаться, что Жеваго лукавит: с 2004 года он пытался реализовать планы по развитию сталеплавильного направления. Но проект оказался не слишком удачным. А начиная рудный бизнес, предприниматель и вовсе не думал в нём надолго задерживаться.

Начало железного пути

Покупка акций Полтавского ГОКа была лишь одной в череде подобных сделок, вспоминает Жеваго. В середине 1990? х, в период ваучерной приватизации, он, выпускник Киевского государственного экономического университета (в просторечии «Нархоза»), вместе с однокурсником Сергеем Черепом в компании начинающих предпринимателей участвовал в скупке ценных бумаг. Позже «нархозовцы» примкнули к группе влиятельных бизнесменов Александра Волкова и Алексея Кучеренко. Последний также выступал компаньоном в бартерных газовых схемах Игоря Бакая. Кучеренко вместе с ещё одним своим «газовым» товарищем Сергеем Веселовым помог Жеваго купить акции Полтавского ГОКа. Дружественные троим фирмы – СП «Бари», «Мега-Моторс» и «Аскания» – в 1996 году приобрели 42% акций предприятия. Кучеренко, впрочем, сообщил Forbes, что он вообще никогда не был акционером ГОКа и «никогда ничего с Жеваго не покупал». Однако в ноябре 2011-го Кучеренко не отрицал эту информацию, как и то, что Жеваго выкупил доли партнёров.

Фото Игоря Тишенко, forbes.uaФото Игоря Тишенко, forbes.uaСумму, уплаченную за 42%, покупатели не оглашали. Но примерно в то же время 21% акций через биржу ПФТС купили другие бизнесмены за 18,8 млн гривен, или примерно за $10,7 млн.

Целью покупки, уверяет Жеваго, была дальнейшая перепродажа. «Но нет ничего более постоянного, чем временное, – улыбается бизнесмен. – Вскоре мы поняли, какой потенциал у этого актива». По его словам, для осознания перспективности проекта потребовалось около двух лет.

«Мы проанализировали рынок и логистические преимущества. И решение пришло само собой», – отмечает Жеваго. Расположение ГОКа позволяло ему успешно конкурировать на мировом рынке с Бразилией, поставлявшей руду в Китай, Тайвань, Южную Корею, европейские страны. Несмотря на то, что руда в Украине беднее (около 30% железа против 60–65%), география компенсировала это слабое место.

В 2001 году Жеваго зарегистрировал в Швейцарии управляющую компанию Ferrexpo.

Мечты об интеграции

Как Жеваго пришёл к тому, чтобы сделать Ferrexpo публичной компанией? В 2007-м на слуху был его конфликт с «лужниковцами», и многие говорили, что таким образом главный акционер пытался защититься.

«Ни в коем случае. Защита от претензий – это лишь малая толика того преимущества, что есть у публичной компании», – возражает олигарх.

Более актуальным на тот момент был вопрос привлечения капитала, отмечает один из бывших топ-менеджеров компании. Ещё в 2002 году Ferrexpo получила лицензию на разработку Еристовского ГОКа, который находится севернее Полтавского. Это крупнейшее железорудное месторождение в Восточной Европе: подтверждённые по международным стандартам запасы – 674 млн тонн. Из-за меньших размеров карьера по сравнению с «полтавскими» и меньших расстояний производительность техники тут выше, а значит, себестоимость добычи ниже, объясняет Айван Энтони, директор по производству Еристовского ГОКа.

«Инвестор думает наперёд – о том, что карьеры Полтавского ГОКа разрабатываются уже более 30 лет», – говорит топ-менеджер Ferrexpo.

Китай и другие

Фото: forbes.uaФото: forbes.uaТогда же, в начале нулевых, берёт своё начало металлургическая история. Жеваго задумался о строительстве возле ГОКа электросталеплавильного завода.

«К этому подталкивала прежде всего проблема поиска рынков сбыта», – замечает один из бывших топ-менеджеров предприятия.

В 2004-м в Швейцарии была зарегистрирована Vorskla Steel – управляющая компания, которая, по задумке, должна была заведовать сталеплавильными мощностями в Украине и Европе. В Комсомольске собирались производить металл, отливать из него слябы (заготовки для будущего проката) и экспортировать их в Европу.

Была идея создать и сталепрокатные мощности, но ближе к потребителю. Жеваго выбрал в качестве площадки городок Захонь в Венгрии. Там предполагалось создать целый индустриальный парк. Проектная мощность – 2,5 млн тонн проката в год. Немного позже, летом 2007-го, миллиардер приобрёл электросталеплавильный завод в Дании годовой мощностью 400000 тонн товарной заготовки. Аналитики тогда заявили, что покупка стоимостью примерно $150 млн не вписывается в производственную цепочку двух других, ещё не построенных, заводов. Тем не менее в состав Vorskla Steel включили и её.

Реализация планов по двум заводам требовала не менее $1,5 млрд инвестиций, ещё около $0,5 млрд планировалось вложить в модернизацию ПГОКа и разработку Еристовского месторождения.

Главное для предприятия – привлекать капитал на выгодных условиях, резюмирует Жеваго. По его убеждению, для публичных компаний стоимость денег всегда на 2–3% ниже. Именно это и стало главной мотивацией при выходе на Лондонскую фондовую биржу (LSE) в 2007 году.

В ходе IPO компания планировала достичь стартовой капитализации в $2 млрд, но та составила $1,67 млрд (за проданные акции выручили $460 млн). Тем не менее инвестаналитики оценили IPO как успешное. Жеваго попал в яблочко со временем размещения – цены на железную руду на мировых рынках росли на 15–20% в квартал. К концу 2007? го капитализация Ferrexpo превысила $3 млрд.

Жёсткая посадка

Все озвученные группой Жеваго планы оценивались в 2007 году в $4,8 млрд, реализовать их собирались до 2018-го. Аналитики отмечали, что в тандеме со стратегическим партнёром Ferrexpo вполне может нарастить добычу руды к этому сроку до 100 млн тонн в год, то есть увеличить более чем в 10 раз.

Осенью 2007-го бизнесмен понял, что вырученных от IPO денег ему явно не хватит.

«Тогда к нам выстроилась очередь из азиатских компаний, желавших инвестировать $2 млрд в украинский проект по добыче железной руды, – китайская China Minerals, южнокорейская Posco, индийская Tata Steel», – рассказывает бывший топ-менеджер компании.

Кроме того, инвестиций требовало и продолжение проекта с европейскими активами: Жеваго решил купить болгарский меткомбинат «Кремиковцы».

Компания инвестировала в завод около 100 млн евро, выполняя условия по погашению долгов, поставке сырья и инвестициям в оборудование, и даже пообещала болгарским властям купить софийский убыточный футбольный клуб ЦСКА. Но увы. Сначала палки в колёса ставили другие претенденты на актив. А потом грянул кризис. В 2010-м болгарским властям пришлось принять решение о сносе комбината. Болгары пообещали вернуть Жеваго вложенные деньги, но процесс длится до сих пор.

На союз с азиатскими коллегами бизнесмен всё-таки не пошёл. Вместо этого в начале 2008 года Жеваго получил кредит $2,247 млрд в банке JPMorgan Chase Bank под залог 73,1% акций Ferrexpo.

Неприятности не закончились. В июле свои пакеты акций Ferrexpo продали иностранные менеджеры компании – исполнительный директор Майк Оппенгеймер и директор по развитию Денис МакШейн. В октябре оба подали в отставку. Место исполнительного директора Ferrexpo занял главный собственник, что не понравилось миноритариям: за один день 29 октября акции компании рухнули на 25%. Наступил margin call. При падении стоимости заложенных акций ниже уровня, по которому они оценивались во время выдачи кредита, заёмщик должен либо доплатить, либо продать их часть. Жеваго выбрал второй вариант. С помощью JPMorgan на 20,8% нашли покупателя – угледобывающую компанию New World Resources чешского миллиардера Зденека Бакалы. Инвестор гармонично влился в структуру Ferrexpo, полагает Жеваго: «Мы знали друг друга многие годы и делали бизнес в разных проектах в Центральной и Восточной Европе и в Украине». Для Бакалы сделка оказалась весьма выгодной: за пакет он заплатил $177,5 млн – по оценкам аналитиков, вдвое ниже справедливой цены и примерно на треть ниже рыночной (позже Бакала нарастил долю до блокирующего пакета). Доля Жеваго в компании сократилась до 51%, остальные акции находятся в свободном обращении на бирже.

Рудные будни

На огромной территории Полтавского ГОКа страсти, кипящие на рынке ценных бумаг, не чувствуются. Вот к центральному входу административного здания подкатывает «УАЗик», из него выгружают большую коробку. Это посылка для Николая Стахива, заведующего музеем Полтавского ГОКа.

«Компания Voestalpine прислала нам для экспоната подарок – крыло автомобиля Volkswagen Passat из стали, произведённой с использованием наших окатышей», – с гордостью объясняет музейщик.

Качество окатышей на Полтавском ГОКе считают своей визитной карточкой.

«После кризиса 2008–2009 годов мы начали усиленно заниматься вопросами модернизации, чтобы иметь высококлассных покупателей. Сегодня у нас контракты с лидерами металлургической отрасли – Voestalpine, Nippon Steel, JFE Steel, Kobe Steel», – рассказывает первый заместитель председателя правления Полтавского ГОКа Владимир Иванов.

Качество полтавских окатышей действительно высоко ценится зарубежными потребителями, подтверждает аналитик ГП «Укр­промвнешэкспертиза» Дмитрий Желтяков. По его словам, Ferrexpo – единственный их производитель, который экспортирует 100% выпущенной продукции. Иванов уверен, что компания продавала бы окатыши и внутри страны, если бы украинский потребитель был готов заплатить цену, которую дают потребители в Европе, Китае и Японии.

Желтякову такая аргументация кажется сомнительной: «Сегодня цена за тонну окатышей в Китае составляет около $120, из которых $25–40 Ferrexpo тратит на логистику. Северный ГОК продаёт окатыши украинским потребителям примерно по $100 за тонну».

На самом деле у конкурента Ferrexpo немного другие задачи.

«Приоритетом «Метинвеста» являются поставки на внутренний рынок», – сообщили в пресс-службе компании, которая объединяет двух украинских производителей окатышей: Северный и Центральный ГОКи. Из 5,2 млн т, произведенных СевГОКом за первые шесть месяцев этого года, почти 4 млн тонн ушли внутренним потребителям. Их немного: Енакиевский метзавод, «Азовсталь», Алчевский меткомбинат и Донецкий метзавод. Первые два входят в СКМ и дружественны СевГОКу.

Товар из Комсомольска шёл на экспорт ещё во времена СССР. «Уже тогда комбинат был ориентирован на Европу – Чехословакию, Польшу, Румынию, Болгарию. Окатыши нужно было неоднократно перегружать, доставлять на приличные расстояния. Чтобы они не разрушались, требовалась особая технология», – рассказывает замначальника технического отдела ПГОКа Дмитрий Винивитин. Технологию закупили у американской Allis-Chalmers.

«Технология Ferrexpo отличается при прочих равных условиях от нашей более высокими показателями окатышей по физико-механическим свойствам», – соглашаются в «Метинвесте».

Но этих наработок сегодня недостаточно. «Ещё 15 лет назад многих устраивали окатыши с содержанием железа 60%, а сейчас им уже не подходит и 62%», – делится Иванов. В конце 2002-го Полтавский ГОК начал выпуск товара с содержанием железа 65%, а в течение этого года запустил две новые линии флотации, которые позволяют поднять долю 65%-х окатышей в производстве с 50 до 100%.

Инвестиции в открытие участков №2 и №3 флотационной доводки, запущенные в этом году, составили около 870 млн гривен ($70 млн).

Конечная цель у всех этих усовершенствований одна: удержать потребителя. К тому же стоимость тонны 65%-х окатышей примерно на $20 выше, чем 62%-х. Это весьма важно в реалиях сегодняшнего рынка. Если в 2013-м средняя цена на 62%-ю австралийскую руду (бенчмарк) в Китае составляла $136,6 за тонну, то в начале 2014-го она снизилась до $130, а в июле–августе уже колебалась на уровне $90–97.

«Это выглядит не как новый кризис, а скорее как данность, с которой производителям ЖРС нужно привыкать жить», – констатирует аналитик Concorde Capital Роман Тополюк.

На финпоказателях Ferrexpo падение цен пока не сказалось. За весь 2013 год компания показала рост чистого дохода на 11%, до $1,6 млрд, чистой прибыли – на 22,3%, до $263,8 млн. А по итогам января–июня 2014-го чистый доход снизился на 2% по отношению к аналогичному периоду прошлого года, зато чистая прибыль увеличилась на 65,2%, до $208 млн.

«Конечно, мы выиграли в базовой себестоимости из-за падения гривны», – объясняет Крис Мо, финансовый директор Ferrexpo.

Производить больше 65%-х окатышей с меньшими издержками позволит повышение добычи руды на Еристовском месторождении, работа на котором началась в 2012 году. Это стоило акционеру около $400 млн инвестиций. По словам Жеваго, это первый со времён развала Союза ГОК, построенный на территории стран СНГ с нуля. Руда на «Еристовке» богаче, в ней железа не 30%, как на ПГОКе, а 33,7%.

С проблемой «больше или лучше?» акционер и его команда менеджеров сталкиваются регулярно. Например, Константин Жеваго лично принимает участие в выборе поставщиков самосвалов и экскаваторов.

По словам Иванова, более мощная машина не только дороже при покупке. Её текущая эксплуатация стоит больших денег: одна шина на самосвал грузоподъёмностью 110 тонн обойдётся примерно в $20000, на «двести двадцатый» – уже $40000, на «трёхсот шестидесятый» – $120000. Сможет ли Ferrexpo позволить себе такие дорогостоящие покупки в условиях слабого металлургического рынка? Жеваго полагает, что именно ставка на внедрение практик лучших западных корпораций позволит компании удерживать текущие позиции.

«Мы наращиваем качество и продаём на самые дорогие, самые перспективные, самые устойчивые, жизнеспособные рынки, такие как Япония и Германия», – ­объясняет миллиардер.

А вот с вертикальной интеграцией явно не сложилось. Главный акционер реши­тельно отделяет Ferrexpo от пока несостоявшегося холдинга Vorskla Steel. Это совершенно разные бизнесы, и никакой интеграции не планируется, уверяет он: «В горнорудных компаниях платят за горнорудный бизнес. Инвесторы будут только дисконтировать компанию, которая имеет какое-то отношение к сталелитейному производству».

Сегодня Жеваго мечтает о месте среди гигантов мировой горнорудной отрасли – BHP Billiton, Rio Tinto, Vale, капитализация которых исчисляется десятками миллиардов долларов. Запасы железной руды Ferrexpo позволяют ей стремиться в лидеры. Скажем, у бразильской Vale размер подтверждённых запасов составляет 17,5 млрд тонн, у австралийско-британской BHP Billiton – 2,9 млрд. В Ferrexpo оценивают общий ресурсный потенциал месторождений группы в 20,5 млрд тонн, правда, по международным стандартам пока подтверждено чуть более половины. А в разрабатываемых трёх месторождениях и того меньше – 1,5 млрд тонн.

Войны за ГОК

По словам Александра Притыки, бывшего директора госхолдинга «Укрполиметаллы» (ему были переданы государственные пакеты ряда добывающих предприятий), блокирующий пакет ГОКа, который оставался у государства, глава группы «Финансы и Кредит» с партнёрами намеревались выкупить по номиналу. Но помешала другая группа акционеров, ранее выкупившая у государства около 9%, потом – блокирующий пакет, а в промежутке сумела ещё докупить акций.

За скупщиками стояли представители московского «лужниковского» бизнеса в Украине – партнёры российского олигарха Александра Бабакова и Михаила Воеводина. Их интересы в Украине представляли Михаил Спектор, возглавивший словацкую управляющую компанию VSE, и бизнесмен Максим Курочкин («Макс Бешеный», убит в 2007 году). Государство «созрело» продать на открытых торгах оставшиеся акции, всего 6,6%, в 2001-м. Пакет к тому времени получил стратегическое значение, поэтому цена на него взлетела на торгах до $14,8 млн (73 номинала). Эту битву Жеваго проиграл. В 2002-м ему пришлось договориться с конкурентами о сделке и выкупить у них 40% акций за $27 млн. Благодаря этому его доля в компании превысила 85%.

Через три года продавцы передумали и решили вернуть ГОК. Стороны неоднократно судились в Украине и Лондоне.

«Мы хотим восстановить статус-кво, когда наши компании владели по 40,19% ГОКа», – объяснял ранее Forbes глава International Ukraine Спектор. Инициаторы тяжбы полагают, что есть основания признать договор недействительным, а вместе с ним и все эмиссии акций с 2002 года. Жеваго уверен, что повод надуман, и называет противоположную сторону рейдерами.

«Вот я тоже продал в 1999-м квартиру за $70000, которая сейчас стоит $700000. Но я же не иду к новым владельцам и не говорю, чтобы они доплатили», – возмущался он.

Екатерина Гребеник
 

Добавить комментарий

Бизнес / Криминал 11:49 Воскресенье 0 595 В Кременчуге снова активизировались «налоговые» мошенники На днях в Кременчуге зафиксированы случаи телефонных звонков от неизвестных лиц, которые требуют деньги у местных бизнесменов от имени руководителя налоговой инспекции города.